Социально-экономические преобразования в СССР конца 1920-1930-х годов. Юдин А.Н.

Социально-экономические преобразования в СССР в середине 1920-х- 1930-е гг

Социально-экономические преобразования в СССР конца 1920-1930-х годов. Юдин А.Н.

Задача формирования развитой промышленности, осуществления индустриализации стояла перед Россией еще до революции 1917 г.

Индустриализация была необходима для страны: 1) главным образом это было необходимо, чтобы обеспечить обороноспособность СССР во «враждебном капиталистическом окружении»; 2) необходимо было обеспечить экономическую независимость СССР, развивать тяжелую и оборонную промышленность, преодолеть отставание от стран Запада.

Обсуждались вопросы о путях реализации этих целей, сформировались два основных подхода:

1) первый подход выработали Л.Б. Красин, А.В. Чаянов.

Согласно им капиталы для финансирования индустриализации должны были дать: развитие частного предпринимательства, привлечение иностранных займов, расширение торгового оборота.

Они ориентировались при этом на реальные возможности отечественной промышленности, а не на политические потребности. Индустриализация не должна была привести к резкому падению уровня жизни населения;

2) второй подход был первоначально сформулирован лидером левой оппозиции Л.Д. Троцким. Согласно его позиции финансировать индустриализацию необходимо было с помощью внутренних ресурсов страны. Предлагалось перекачивать средства из сельского хозяйства в тяжелую промышленность. Так же, как и в первом случае, провести индустриализацию стремительно, за 5-10 лет.

Таким образом, первый подход обозначал проведение индустриализации при оставлении действующей политики НЭПа и элементов свободного рынка, а второй приводил к отказу от НЭПа. Он означал переход к командной, максимально централизованной экономике.

В конце 1927 г. были составлены установки к пятилетнему плану, в основном основывающиеся на первом подходе. Но уже в начале 1928 г.

Сталин потребовал пересмотреть плановые темпы индустриализации в сторону их резкого увеличения. Предполагалось всего за десять лет «пробежать расстояние в 50-100 лет», на которые в то время отставала Советская Россия от передовых стран Запада.

Первая, а также вторая пятилетки (1928–1932 гг. и 1933–1937 гг.) были подчинены решению данной задачи.

Итоги индустриализации:

1) СССР вышел на второе место в мире по объему промышленного производства;

2) сократился разрыв между СССР и западными странами по показателю промышленного производства на душу населения;

3) были построены десятки крупных промышленных предприятий, такие как: Днепрогэс, Кузнецкий металлургический комбинат, Сталинградский, Челябинский, тракторные заводы и др.;

4) появились новые отрасли промышленности;

5) исчезла безработица;

6) СССР стал одной из немногих стран, которые способны были производить все виды современной промышленной продукции.

За индустриализацию страны пришлось заплатить большую цену:

1) была обескровлена и разорена деревня;

2) значительно упал жизненный уровень населения;

3) в возрастающих масштабах начал использоваться бесплатный труд заключенных.

Началом сплошной коллективизациисельского хозяйства в СССР является 1929 г. После знаменитой статьи Сталина «Год великого перелома» форсированное колхозное строительство стало главной задачей.

Сущность процесса коллективизации:

1) ликвидация единоличных хозяйств;

2) раскулачивание;

3) разгром хлебного рынка;

4) фактическое огосударствление деревенской экономики.

Основные причины коллективизации:

1) большевики с самого прихода к власти одобряли появление коллективных хозяйств в деревне. В годы «военного коммунизма» они насаждались в форме коммун;

2) огромных капиталовложений требовала начавшаяся форсированная индустриализация.

Политика коллективизации проводилась по двум главным направлениям: объединение единоличных хозяйств в колхозы и раскулачивание.

Основной формой объединения единоличных хозяйств были объявлены колхозы. В них обобществлялись земля, крупный скот, инвентарь.

В одно время с коллективизацией шла кампания раскулачивания, ликвидации кулачества как класса.

Все кулачество делилось на три категории:

1) участники антисоветских движений, которые подлежали аресту и передаче в руки ОГПУ;

2) зажиточные хозяева, имевшие влияние на своих соседей, которые подлежали выселению вместе с семьями в отдаленные области: Урал, Казахстан, Сибирь;

3) все остальные должны были быть переселены на худшие земли в том же районе.

Земля, имущество, денежные накопления всех категорий кулаков подлежали конфискации. Усугублялась ситуация тем, что по всем категориям были установлены твердые задания, которые превышали фактическую численность зажиточного крестьянства.

В литературе указывается, что зажиточных хозяйств перед коллективизацией было примерно 3 %, а раскулачиванию подлежало до 10–15 % единоличных хозяйств. В результате начались массовые волнения, забой скота, явное и скрытое сопротивление коллективизации.

Государство временно отступило.

Итоги и значение коллективизации:.

1) к 1933 г. в колхозы было объединено более 60 % крестьян, а к 1937 г. – около 93 %;

2) крупные, технически оснащенные хозяйства имели преимущества, государственные заготовки зерна возросли в 2 раза, увеличился его экспорт; 3) она послужила основным источником индустриализации;

4) коллективизация превратила колхозы в надежных поставщиков сырья, продовольствия, капиталов, рабочей силы;

5) сократилось поголовье крупного рогатого скота из-за его забоя крестьянами, в 1932–1933 гг. в самые хлебные районы страны, прежде всего на Украину, Ставрополье, Северный Кавказ, пришел голод, погибло более 3 млн человек;

6) был уничтожен социальный слой крестьян-единоличников с его культурой, нравственными ценностями.

Крупнейшими социальными достижениями за это время стали:

1) ликвидация безработицы к 1930 г. за счет перехода к плановой системе общегосударственной экономики;

2) бесплатное здравоохранение на всех уровнях.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Источник: https://studopedia.ru/3_180713_sotsialno-ekonomicheskie-preobrazovaniya-v-sssr-v-seredine--h---e-gg.html

Сталинский вариант модернизации страны. Социально-экономические преобразования в конце 1920—1930-х гг. — Отечественная история

Социально-экономические преобразования в СССР конца 1920-1930-х годов. Юдин А.Н.

Глава 14

В мае 1929 г. V съезд Советов СССР нацелил экономическую программу страны на удвоение промышленного производства в течение ближайших пяти лет. Вначале первый пятилетний план разрабатывался на принципах нэпа, предусматривая дальнейшее углубление хозрасчета, внедрение его на каждом предприятии. Это был последний компромисс двух групп — И.В. Сталина и Н.И. Бухарина.

План подразумевал проведение крупных социальных преобразований без каких-либо потрясений в общественной жизни, попытку комплексного подхода к решению вопросов подъема промышленности, сельского хозяйства, роста благосостояния народа и культурно-технического развития. Его реализация могла стать столь же заметной вехой в истории страны, как и новая экономическая политика.

Но этому плану не суждено было осуществиться.

Осенью 1929 г. сталинское руководство, игнорируя политические и экономические установки первого пятилетнего плана, взяло курс на форсированную организацию коллективных хозяйств в деревне и резкое превышение планов по развитию тяжелой промышленности, требовавшее дополнительных средств.

С этой целью были увеличены прямые налоги, что уже в 1930 г. привело к полной ликвидации частного сектора в промышленности и торговле. Уровень жизни всех трудящихся существенно снизился. Кроме повышения прямых налогов для жителей деревни был установлен так называемый сверхналог.

Он изымался путем искусственного занижения государственных цен на поставляемые сельскохозяйственные продукты, а также благодаря резкому увеличению расценок на промышленные товары для сельского хозяйства. Через политику цен резко увеличились косвенные налоги.

За 13 лет (1928—1941) государственные розничные цены на хлеб выросли в 11 раз, на масло — в 7, на сахар — в 6, на мыло — в 5 раз. Реальная заработная плата к концу первой пятилетки снизилась более чем на 20%.

На благосостоянии трудящихся негативно сказывалось и постоянное принудительное распространение государством облигаций внутреннего займа. В повседневную практику вошла постоянная эмиссия необеспеченных товарами бумажных денег.

К концу пятилетки резко упали темпы роста промышленности. Задания по производству тракторов, автомашин, выплавке стали, производству чугуна, выработке электроэнергии, добыче угля и нефти выполнены не были. Не удалось достичь намеченных целей и в области сельского хозяйства.

В пропагандистских целях, а также для того, чтобы снять с себя ответственность за неудачу, Сталин и его единомышленники фальсифицировали итоги первой пятилетки. Летом 1930 г., выступая на XVI съезде ВКП(б), Сталин знал наверняка, что задания второго года пятилетки выполнены не будут.

Тем не менее в докладе делегатам съезда объективный анализ ситуации был подменен риторическими фразами, бездоказательными утверждениями и высмеиванием «скептиков из оппортунистического лагеря».

XVI съезд большевистской партии принял решение сосредоточить главные усилия на тяжелой индустрии, реконструкции транспорта и создании на востоке страны новой угольно-металлургической базы.

В конце 1932 г. стало очевидно, что первый пятилетний план выполнен не будет. На срочно созванном заседании Политбюро ЦК ВКП(б) было принято решение о засекречивании всех статистических данных, связанных с оценкой хода пятилетки и ее результатами. Сам же Сталин в начале 1933 г.

публично заявил, что пятилетний план по выпуску валовой продукции промышленности выполнен досрочно — за четыре года и три месяца. Подобной же «натяжкой» было утверждение советского лидера о том, что к концу первой пятилетки Советский Союз из аграрной страны превратился в индустриальную.

В действительности же доля промышленности в национальном доходе государства превысила долю сельскохозяйственного производства только в 1960-х гг.

Подобное манипулирование общественным мнением могло иметь место лишь при условии подавления гласности и всевозрастающей личной диктатуры Сталина.

Только те, кто находился на самой верхушке пирамиды власти, знали реальное положение дел в экономике страны. Для большинства же первая пятилетка ассоциировалась с превращением страны в гигантскую всесоюзную стройку, с небывалым трудовым энтузиазмом миллионов советских людей.

Подвиг советских трудящихся был действительно огромен. В стране было построено полторы тысячи крупных заводов, фабрик, рудников. В строй вошли заводы-гиганты — автомобильные в Москве, Горьком, Ярославле; тракторные в Харькове и Сталинграде; химические комбинаты в Подмосковье, Соликамске, Хибинах, Березняках; металлургические комбинаты на Урале и в Сибири.

Благодаря самоотверженному труду советских людей, свято веривших в идею индустриализации страны, в годы первой пятилетки был пущен Днепрогэс, успешно работали шахты в Донбассе и рудники в Казахстане. Промышленный потенциал страны за годы первой пятилетки удвоился.

В союзных республиках по сравнению с Россией промышленность росла еще быстрее. При общем удвоении численности рабочих и служащих шло быстрое формирование трудовых коллективов в республиках Средней Азии и Закавказья. Выросли десятки новых городов и крупных рабочих поселков.

В середине пятилетки в СССР было покончено с безработицей. В период индустриализации появились массовые общественные движения, среди них — ударничество. Первые ударные бригады возникли в Москве, Донбассе, на Урале.

На ленинградском заводе «Красный выборжец» был подписан один из первых договоров об организации социалистического соревнования. К весне 1929 г. в этом соревновании уже участвовало свыше 2 млн человек. Вся страна знала имя донецкого шахтера Изотова. С новыми починами выступали рабочие бригады во всех сферах производства.

Однако внутренняя политика Сталина — поощрение штурмовщины, подмена громкими фразами реальных программ ускоренного развития промышленности — задержала превращение страны в настоящую индустриальную державу.

Индустриализация, освоение новых районов требовали огромного количества дешевой рабочей силы. Поэтому, наряду с эксплуатацией энтузиазма, стремительно росла численность заключенных и спецпоселенцев. На рубеже 1930-х гг. начались первые сталинские репрессии. В 1927—1928 гг. их жертвами стали тысячи так называемых троцкистов и зиновьевцев. В 1928 г.

было сфабриковано Шахтинское дело, за ним последовала кампания травли «буржуазных специалистов» — десятков тысяч представителей интеллигенции страны. В 1930 г. было сфабриковано дело так называемой Трудовой крестьянской партии. В результате многие тысячи специалистов-аграрников, работников кооперации и сельской интеллигенции были репрессированы.

Идея «сверхиндустриализации», реализованная Сталиным на рубеже 1930-х гг., резко ограничила хозяйственную самостоятельность предприятий.

Частную инициативу, рыночные отношения и экономические методы управления полностью заменила административно-командная система управления экономикой.

Отход от первоначальной платформы индустриализации страны сопровождался ограничением демократии и развязыванием репрессий против инакомыслящих.

В ноябре 1929 г. на Пленуме ЦК партии по инициативе Сталина группе единомышленников Бухарина было предъявлено обвинение в правооппортунистической позиции. Их отстранили от власти, что по существу означало политический переворот.

В этих условиях Сталин выдвинул надуманное положение о том, что в Советском Союзе уже сложились условия для «сплошной коллективизации» сельского хозяйства.

Для оправдания этой политики в деревне идеологами того времени и лично Сталиным был сформулирован тезис о неизбежном обострении классовой борьбы в стране и, следовательно, необходимости ликвидации кулачества как антагонистического класса. В январе 1930 г.

ЦК ВКП(б) принял постановление «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству», предусматривающее технические и финансовые меры по созданию коллективных хозяйств. Были установлены жесткие сроки: в Поволжье и на Северном Кавказе коллективизацию следовало завершить к весне 1931 г.

, в черноземных областях России, В Сибири, на Украине и на Урале — на год позже, а в Закавказье и Средней Азии — до весны 1933 г. Вскоре было принято специальное постановление ВЦИК и СНК СССР, устанавливающее порядок проведения раскулачивания крестьян с конфискацией и выселением кулаков за пределы того региона, где они проживали. Имущество кулаков передавалось в собственность колхозов.

На местах организаторы колхозов, как правило, не имели четкого представления о том, кто такие кулаки. Обычно к ним относили всех зажиточных крестьян, в большинстве своем — середняков. В результате под раскулачивание попали многие сотни тысяч семей, не имевших никакого отношения к сельской буржуазии. Для проведения коллективизации и укрепления руководства создававшихся колхозов в сельскую местность было направлено 50 тыс. рабочих фабрик и заводов.

Теоретикам колхозного движения колхозы представлялись в виде модернизированной сельской общины, традиционно существовавшей в России до столыпинской реформы. В этом была своя логика: российское крестьянство еще не успело забыть традиции общинного хозяйства.

Но во времена существования общин каждая из них сама решала свои хозяйственные задачи. При создании колхозов самостоятельность в принятии решений колхозниками существовала лишь формально.

Программа развития колхозов навязывалась централизованно, без учета особенностей каждого хозяйства.

Насильственная организация колхозов нанесла сельскому хозяйству непоправимый урон. Оказывая сопротивление властям при вступлении в колхозы, многие крестьяне забивали свой скот. В результате Поголовье коров сократилось на 35%, свиней на 50%, коз и овец — более чем на 30%.

Сопротивление крестьян организации колхозов заставило Центральный Комитет' партии принять в марте 1930 г. постановление «О борьбе с искривлением партлинии в колхозном движении». Вся вина за так называемые «перегибы» была возложена на местных руководителей.

Пытаясь реализовать указания ЦК, руководители районов и областей расформировали часть искусственно созданных коллективных хозяйств. Но уже осенью того же года кампания по созданию колхозов развернулась с новой силой.

К концу первой пятилетки в СССР было создано более 200 тыс. колхозов. В их составе находилось 15 млн крестьянских хозяйств — около 60% от всех крестьянских хозяйств страны. В колхозную собственность отошли почти 80% всех посевных площадей. В июне 1931 г.

состоялся Пленум ЦК ВКП(б), на котором колхозам рекомендовалось организовать работу на основе сдельщины, ввести оценку труда в трудоднях и в соответствии с ними распределять доходы между колхозниками. По сути, крестьянству навязывался уравнительный принцип распределения материальных благ.

Они не были связаны с конечными результатами труда, не способствовали улучшению качества работы. Такой подход стал одной из главных причин кризисного состояния сельскохозяйственного производства в нашей стране.

Поспешное проведение «сплошной коллективизации» и постоянно сопутствующие ей нарушения законности привели к огромным моральным и материальным потерям. Неравная битва закончилась, когда сопротивление крестьян было сломлено голодом 1932—1933 гг.

Удержаться у власти сталинское руководство смогло лишь при помощи самых жестоких репрессий. В частности, 7 августа 1932 г. ЦИК и СНК СССР приняли написанный И.В.

Сталиным закон «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной (социалистической) собственности» — знаменитый закон «О пяти колосках», по которому даже за незначительные хищения применялся расстрел и лишь в редком случае грозило десятилетнее тюремное заключение. В ходе раскулачивания и выселения 2 млн так называемых кулаков, из-за голода 1932—1933 гг. погибли миллионы крестьян. Были введены продовольственные карточки, которые действовали вплоть до 1935 г.

В январе 1933 г. руководство, страны обязало колхозы поставлять государству продукцию по ценам в 10—12 раз ниже рыночных.

Осуществляя такую политику, власти надеялись на создание в рекордные сроки крупных сельскохозяйственных предприятий, которые ценой собственного обнищания позволили бы за бесценок иметь продовольствие для распределения его по карточкам в городах и даже для экспорта.

Вторая цель такой политики заключалась в обеспечении новостроек дешевой рабочей силой, значительную часть которой составляли заключенные. Кроме того, эта политика дала возможность высшему руководству страны во главе со Сталиным устранить своих политических соперников и укрепить культ личности вождя.

При всех издержках внутренней политики, при крайне жестоком и циничном отношении к своему народу руководство государства понимало, что без прорыва в культурной сфере осуществить поставленные задачи невозможно.

Новые идеи общественных и технических преобразований могли воплотить в жизнь только люди образованные и воспитанные на новой идеологии. В 1930-х гг.

задачи профессионального обучения широких слоев населения и их воспитания на идеях сталинизма слились воедино.

Военная наука развивалась противоречиво. Уже на рубеже 1930-х гг. было арестовано несколько тысяч бывших царских офицеров — командиров Красной армии, в том числе Какурин, Свечин. Но продолжали работать Шапошников, Уборевич, Карбышев. Тогда же получили признание военные труды М.В.

Фрунзе — первого советского военачальника, разработавшего и отстоявшего идеи советской военной доктрины.

В трудах военных ученых обобщался опыт ведения боевых действий в годы Первой мировой и Гражданской войн, а также в период локальных боевых действий на озере Хасан, Халхин-Голе и на Карельском перешейке.

Массовые репрессии 1937—1938 гг. нанесли тяжелый удар по военной науке и практике. Были репрессированы более 40 тыс. командиров Красной армии разного звена. По сфабрикованному делу о так называемом «заговоре военных» было расстреляно более 80% высших военачальников страны, в том числе трое из пяти маршалов Советского Союза (В.К. Блюхер, А.И. Егоров, М.Н. Тухачевский).

В начале 1934 г. состоялся XVII съезд ВКП(б), названный официальной печатью «съездом победителей». Съезд принял резолюцию о втором пятилетием плане — на 1933—1937 гг., в ходе которого предполагалось завершить коллективизацию сельского хозяйства и техническую реконструкцию народного хозяйства в целом.

На этом съезде, по некоторым данным, была предпринята последняя попытка путем демократических выборов сместить Сталина с должности Генерального секретаря ЦК ВКП(б). Против него, по ряду утверждений, ало около 300 делегатов, а часть делегатов просила Кирова согласиться баллотироваться на пост Генсека.

Сергей Миронович не только отказался от этого предложения, но и информировал о нем Сталина. По указанию Сталина итоги выборов были фальсифицированы Таким образом, будто бы против него проало всего трое.

В последующие годы из 1966 делегатов «съезда победителей» 1108 оказались репрессированными, а из 139 избранных тогда членов и кандидатов в члены ЦК ВКП(б) в живых остался лишь 41 человек.

В годы второй пятилетки особое место по-прежнему уделялось модернизации промышленности. В строй вступило еще 4,5 тыс.

крупных предприятий, в том числе Новолипецкий металлургический комбинат, Московский станкостроительный завод, Уральский вагоностроительный завод, Ташкентский и Барнаульский текстильные комбинаты; Свирская, Среднеуральская, Сталинская и Сталиногорская ГЭС. В 1935 г.

в Москве открылась первая линия метрополитена. На Украине — в Запорожье, Кривом Роге — вступили в строй металлургические комбинаты. Крупные предприятия создавались в Белоруссии, Азербайджане, Казахстане и других республиках.

Социалистическое соревнование в этих условиях приобрело массовый характер. К 1934 г. оно охватило 5 млн ударников труда. Новой его формой стало стахановское движение. В августе 1935 г., используя новую технологию, донецкий шахтер Стаханов превысил норму добычи угля в 14 раз. Этот рекорд неоднократно был побит другими шахтерами, а потом вновь самим Стахановым.

Почин подхватили во всех сферах промышленности и сельского хозяйства. Фамилии передовиков производства Бусыгина, Кривоноса, Сметанина, Ангелиной, сестер Виноградовых знал каждый школьник страны. Но стахановское движение имело и теневые стороны. Погоня за рекордами нередко вела к авариям.

Предприятию успех на отдельном рабочем месте далеко не всегда был нужен, материальные ценности омертвлялись.

Главный итог второй пятилетки заключался в преодолении технической отсталости страны, завоевании экономической независимости. По структуре промышленного производства СССР вышел на уровень развитых стран мира, обогнав по валовому объему продукции Англию, Германию и Францию. К 1939 г. рабочий класс составлял уже треть населения страны. Основной отраслью промышленности стало машиностроение.

Однако в сельском хозяйстве положение по-прежнему оставалось тяжелым. Колхозы не имели экономической самостоятельности, у колхозников не было паспортов, что надежно привязывало их к месту. Только на четвертом году второй пятилетки сельскохозяйственное производство приблизилось к уровню периода нэпа, что позволило отменить продовольственные карточки.

Несмотря на значительные успехи в индустриализации страны, в повышении культурного уровня населения, задачи второй пятилетки в целом выполнены не были. Как и пять лет назад, это было скрыто от широкой общественности.

Во второй половине 1930-х гг. значительно разросся и укрепился партийно-государственный аппарат — главная опора Сталина в руководстве государством. В 1934 г.

вместо ОГПУ был создан наркомат внутренних дел — НКВД, который по рекомендации Сталина возглавил руководитель ОГПУ Г.Г. Ягода.

Создание одновременно таких структур, как центральная комиссия по чистке партии, «особый сектор» ЦК ВКП(б) и ряд других, позволило поставить на конвейер дело осуществления массовых репрессий.

Первого декабря 1934 г. в Ленинграде в Смольном был убит Киров. Историки спорят о причастности к убийству Сталина. Но независимо от того или иного ответа, этот террористический акт Сталин использовал для устранения своих политических соперников и развязывания массового террора.

Уже в тот же лень Президиум ЦИК СССР принял постановление о порядке рассмотрения обвинений в подготовке и совершении террористических актов. На проведение следствий по таким делам отводилось максимум десять дней.

Дела рассматривались без прокурора и защитника. Не допускались обжалования и помилования. Приговор к высшей мере наказания — расстрелу — приводился в исполнение немедленно. Этот самосуд в 1937 г.

был распространен также на дела о вредительстве и диверсиях.

Дела но политическим обвинениям стали рассматриваться во внесудебном порядке так называемыми «тройками», в которые входили партийные руководители областей и республик, прокуроры и начальники управлений НКВД. Вскоре приговоры стали выноситься списками, состоявшими из десятков, а порой и сотен фамилий.

В декабре 1934 г. группа бывших оппозиционеров была обвинена в подготовке и осуществлении убийства Кирова. В этом же месяце все 14 человек, входивших в состав «группы», включая предполагаемого убийцу — Л. Николаева, были приговорены к расстрелу. В январе 1935 г.

состоялся суд над так называемым «московским центром». Его члены обвинялись в поддержке «ленинградского центра» и его идейном руководстве. Все обвиняемые были осуждены и приговорены к различным срокам заключения, в частности Г.Е. Зиновьев — к десяти годам, Л.Б.

Каменев — к пяти.

Примерно в те же дни в Москве, Ленинграде и Киеве прошли процессы над «белогвардейцами», обвиняемыми в террористической деятельности против советской власти. В результате были казнены десятки человек.

В рамках начавшейся борьбы с «внутренней контрреволюцией» из крупных городов выселялись «чуждые элементы» — как правило, члены семей бывших дворян, купцов, предпринимателей, офицеров и чиновников.

Только из Ленинграда за считанные месяцы выслали около 11 тыс. жителей.

Пятого декабря 1936 г. VIII чрезвычайный съезд Советов принял новую Конституцию, согласно которой в состав СССР уже входило 11 союзных республик.

Эта Конституция отмечала факт победы социализма в стране, закрепляла многочисленные демократические начала: отменялось ограничение прав граждан по классовому признаку, расширялся перечень прав и свобод граждан, в том числе право на труд, образование, распределение материальных благ по труду. Была изменена избирательная система — выборы стали всеобщими, прямыми и проходили при тайном ании.

Большевистская партия признавалась руководящей политической организацией трудящихся. Формально этот документ был передовым для своего времени. Но на деле многое обстояло иначе, ибо механизма реального осуществления прав и свобод граждан не существовало.

В августе 1936 г., когда проходило всенародное обсуждение проекта новой Конституции, в Москве был сфабрикован процесс по делу так называемого троцкистско-зиновьевского «объединенного центра».

Зиновьеву, Каменеву и ряду других бывших партийных работников вменялись в вину шпионаж, вредительство, терроризм. Все обвиняемые были приговорены к высшей мере наказания. На следующий день их расстреляли. Осенью 1936 г. Г.Г. Ягоду на посту руководителя НКВД заменил Н.И.

Ежов, секретарь ЦК. Впоследствии и Ягода (в 1938 г.), и Ежов (в 1940 г.) также были расстреляны.

В январе 1937 г. прошел процесс по «параллельному антисоветскому троцкистскому центру». В результате были осуждены и расстреляны видные партийные и государственные деятели, в том числе Пятаков, Серебряков, Муралов.

Некоторые деятели, среди которых были Радек и Сокольников, сначала были приговорены к разным срокам заключения, но затем их тоже расстреляли. В июне 1937 г. состоялся суд над крупнейшими военачальниками: Корком, Примаковым, Путной, Тухачевским, Уборевичем, Фельдманом, Эйдеманом и Якиром.

Они обвинялись в измене Родине и в шпионаже в пользу разведок разных стран. Сразу же после суда их расстреляли. В марте 1938 г.

прошел процесс, на котором судили представителей «антисоветского правотроцкистского блока»: Бухарин, Рыков, Розенгольц, Крестинский, Раковский и многие другие видные советские и партийные работники были расстреляны. Массовые репрессии достигли пика в 1937—1938 гг.

, когда за два года были репрессированы миллионы человек. (Позже вина за «перегибы» была возложена на Ежова.) После присоединения к СССР западных районов Украины и Белоруссии, Бессарабии, Прибалтийских государств жители этих мест осуждались и высылались в Сибирь и другие отдаленные районы многими десятками тысяч. Общее число жертв превысило 2 млн человек.

Сталинской политике модернизации советского общества в разное время и в разных формах оказывалось сопротивление. Например, только за первые три месяца 1930 г. прошло более 2 тыс. вооруженных выступлений. Революционер с дооктябрьским стажем, видный писатель и дипломат Ф.

Раскольников опубликовал в зарубежной печати открытое письмо, в котором подверг личность и деятельность Сталина уничтожающей критике. В начале 1930-х гг. состоялось несколько тысяч политических выступлений против Сталина и сталинизма внутри самой ВКП(б). Первое — в 1930 г.

— возглавили кандидат в члены Политбюро ЦК ВКП(б), председатель СНК РСФСР Сырцов и секретарь Закавказского крайкома Ломинадзе. В 1932 г. группа московских партийных и государственных работников, в том числе Рютин, Галкин, Иванов, Каюров, создала «Союз марксистов-ленинцев», призывавший к борьбе против Сталина. Третье выступление, в 1933 г.

, возглавили старые большевики Смирнов, Толмачев, Эйсмонт. Сталинские оппоненты требовали свободного выхода крестьян из колхозов, подчинения органов ОГПУ строгому партийному контролю, обеспечения независимости профессиональных союзов, пересмотра слабо продуманных программ развития промышленности, а также отстранения Сталина от руководства страной.

Все оппозиционеры были сняты со своих постов и вскоре расстреляны. Неудача выступлений объяснялась разобщенностью и неорганизованностью, а также тем, что они начались уже тогда, когда Сталин обладал практически бесконтрольной властью в стране.

Политика Сталина и его окружения, в состав которого входили Берия, Ворошилов, Жданов, Каганович, Маленков, Молотов, Шкирятов, привела к деформации той социалистической модели общества, которую в начале 1920-х гг. предлагали Ленин и его единомышленники.

Источник: https://trojden.com/students/russian-history/russian-homeland-history-degtyarova-2005/52

Социально-экономические преобразования в СССР

Социально-экономические преобразования в СССР конца 1920-1930-х годов. Юдин А.Н.

⇐ Предыдущая16171819202122232425Следующая ⇒

В 1930-е гг. СССР переживал ключевой период своего становления. В эти годы шло зарождение самобытного явления, названного уже в наши дни «советской цивилизацией».

Результаты развития страны в то время до сих пор являются предметом ожесточенной полемики. И это неслучайно — годы, предшествующие Второй мировой войне носили неоднозначный и противоречивый характер.

Общество переживало переход от аграрного к индустриальному типу развития.

В современной историографии этот процесс нередко называют новым для нашей исторической науки термином «модернизация». Но на практике происходившее имело гораздо более сложную природу.

Под процессом модернизации принято подразумевать повторение отстающими странами опыта передовых, однако СССР не только копировал известные модели цивилизационного развития. В нем шел широкомасштабный поиск новых общественных форм.

Переход к индустриальному обществу во все времена и во всех странах сопровождался большими трудностями.

В большинстве государств он затягивался на десятилетия или даже на столетия. В СССР переходный период удалось сократить до нескольких лет. Одной из причин этого была возможность использования мирового опыта. Второй — целенаправленная политика советского государства.

В результате в нашей стране сложилась особая система «государственного социализма». Ее основные черты сохранялись потом почти в неизменном виде на протяжении нескольких десятилетий. Тем самым в 30-е гг. XX в.

был осуществлен выбор, с которым было связано все последующее развитие страны.

Начальный период форсированного социально-экономического развития СССР нередко называют «сталинской революцией» или «революцией сверху». Термин «революция сверху» пришел в отечественную науку из западной.

Он обозначает радикальные структурные изменения, начатые по инициативе самой власти. Точно так же, как и реформы, «революция сверху» служит сохранению существующего режима, хотя по своим масштабам, темпам и широте социальной базы существенно превосходит любую реформу.

Невозможно не согласиться, что завершение нэповской эпохи действительно может быть определено как «революция сверху».

В тоже время, как и в случае с понятием «модернизация», советская действительность была не столь одномерной и складывалась из тенденций, нередко совершенно противоположных и даже сталкивающихся друг с другом.

В ходе предстоявших обществу социально-экономических преобразований необходимо было решить несколько сложных задач.

Одна из них — не просто увеличить мощности имевшихся в стране сырьевых и промышленных центров, резко поднять товарность сельского хозяйства, а серьезно преобразовать сам тип экономического развития.

Для успеха реформ подобного размаха требовалось постепенно сместить центр тяжести экономической политики из традиционно ведущего в России сельскохозяйственного сектора экономики в промышленный.

Внутри самой индустрии предполагалось сконцентрировать первостепенное внимание на тяжелой промышленности — в первую очередь горнодобывающей, металлообрабатывающей и машиностроительной отраслях.

Без этого, без создания собственных станков, тракторов, электротурбин, без повышения товарности села дальнейшее развитие было бы невозможно. Нереальным становилось бы также соблюдение стратегического паритета с внешним миром: в 20-е гг. XX в.

СССР все больше и больше отставал по основным показателям от ведущих мировых держав.

Предстояло решить еще одну непростую задачу. Как известно, до революции и в годы нэпа основной промышленный потенциал концентрировался в Европейской части страны: Южной промышленной зоне, Северной промышленной зоне, Баку, на Урале.

Крупнейшей промышленной базой оставался Московский промышленный район.

Занимая всего 3% территории республики, район давал 25% национального дохода, сосредоточив 30% капиталов, промышленных предприятий и около 40% рабочей силы, причем значительную ее часть составляли кадровые рабочие с дореволюционным стажем.

Такое положение ни в коей мере не устраивало тогдашнее партийное руководство. Уже в июне 1925 г. И. В.

Сталин доказывал, что строительство новых заводов в приграничных районах не соответствует геополитическим («географически-стратегическим», по определению самого Сталина) потребностям СССР.

Экономическая модернизация ориентировалась на освоение новых, «тыловых» областей России, Сибири и Средней Азии. Тем самым решались не только вопросы создания резервных экономических баз на случай войны, но и задачи освоения слабозаселенных территорий.

Первые решения о переходе страны к политике ускоренного развития появляются в середине 20-х гг. «Съездом индустриализации» становится XIV съезд ВКП(б), проходивший 18 — 31 декабря 1925 г.

Именно на нем была одобрена стратегическая формулировка всей модернизационной стратегии большевиков: СССР из страны, ввозящей машины и оборудование, необходимо превратить в страну, производящую машины и оборудование.

Тот же курс был продолжен и на следующем, XV партсъезде, состоявшемся 2 — 19 декабря 1927 г. Позже XV съезд ВКП(б) будет назван «съездом коллективизации».

На нем были намечены основные ориентиры модернизации в области сельского хозяйства.

Ставилась задача не только усовершенствовать материально-техническую оснащенность села, но и повернуть его к преобладанию коллективистских форм организации производства.

Началом проведения курса на ускоренное развитие СССР становится 1929 г. Советская печать того времени называла его вслед за Сталиным «годом великого перелома». В этом году преобразования затронули все отрасли советской экономики.

Важнейшие из них касались аграрного сектора, который должен был стать «донором» всего модернизационного проекта. На проходившей в апреле 1929 г.

XVI партконференции был принят план, по которому в течение пяти лет 85% крестьянских хозяйств должны были быть охвачены всеми видами кооперации, а шестая их часть — коллективизирована.

Однако формировавшаяся в СССР директивно-разпределительная система серьезно исказила первоначальные планы в области коллективизации. Уже в декабре 1929 г. было решено ускорить темпы создания колхозов, а 5 января 1930 г.

принимается постановление ЦК ВКП(б) «О темпе коллективизации и мерах помощи государства колхозному строительству» (Ссылка?). Согласно этому плану сроки коллективизации заметно сжимались. По темпам коллективизации выделялись районы трех типов.

К первой группе относились такие крупные зерновые районы как Северный Кавказ и Поволжье, где коллективизацию требовалось закончить к 1931 г. Во вторую группу входили все другие зерновые районы страны: Украина, Центрально-Черноземная область, Сибирь, Урал, Казахстан.

Здесь считалось возможным закончить коллективизацию к весне 1932 г. В остальных же краях, областях и национальных республиках намечалось завершить коллективизацию к 1933 г.

За три месяца 1929 г. (июль — сентябрь) путем развернутой агитации или прямого нажима в колхозы было объединено около миллиона крестьянских хозяйств, а к концу года — еще около 1,5 млн крестьянских хозяйств. Январь — февраль 1930 г. становятся временем самого быстрого роста колхозов, и к 20 февраля они объединяли уже 14 млн крестьянских хозяйств или 60% крестьян.

Хотя «сплошная коллективизация» осуществлялась под популярным в то время лозунгом «ликвидации кулачества как класса», каток модернизации, прежде всего, прошелся по середняцким слоям деревни.

Из существовавших перед началом коллективизации крестьянских хозяйств только около 5% можно было бы отнести к кулацким.

Вместе с тем раскулачиванию и прочим формам давления со стороны государства подверглось 15% крестьян, а в некоторых областях страны, например в Подмосковье, процент пострадавших был еще значительнее.

Перегибы с обобществлением имущества при образовании колхозов привели к тому, что крестьяне стали забивать скот: в 1929—1930 хозяйственном году поголовье крупного рогатого скота сократилось с 60,1 млн до 33,5 млн голов, свиней — с 22 млн до 9,9 млн голов, овец с 97,3 млн до 32,2 млн голов, лошадей с 32,1 до 14,9 млн голов.

К весне 1930 г. Сталин начинает осознавать всю опасность принудительного массового объединения крестьян в колхозы. Упреждая возникновение массовой оппозиции, 2 марта 1930 г. в «Правде» он публикует свою статью «Головокружение от успехов» (Ссылка?). Вся вина за «перегибы» в ходе коллективизации перекладывалась на местные органы власти.

В развитие идей сталинской статьи, 14 марта принимается специальное постановление ЦК ВКП(б) «О борьбе с искривлениями партийной линии в колхозном движении» (Ссылка?). В ней власть шла на серьезные уступки крестьянству. Начался массовый выход из колхозов, и к лету 1930 г. численность крестьян в колхозах упала до 6 млн крестьянских хозяйств.

Однако маховик колхозного строительства уже не мог остановиться. В сентябре 1931 г. коллективные крестьянские хозяйства объединяли уже 60% крестьян, в 1934 — 75%. К концу 1930-х гг. колхозное крестьянство составляло уже свыше 96% аграрного населения.

Одной из самых трагических страниц коллективизации стал голод 1932 — 1933 гг., поразивший основные хлебные районы страны: Украину, Северный Кавказ, Нижнее и Среднее Поволжье, Южный Урал, Казахстан. В период голода погибло от 2 до 4 млн человек. Но информация о голоде не доходила не только до мировой общественности, но и до большинства советских граждан. В отличие от 1921—1922 гг.

, когда помощь оказывалась по линии государства, международных и российских общественных организаций, в начале 30-х гг. деревня фактически осталась один на один со своей бедой. Более того, власть винила во всем само крестьянство, желавшее «хлебной стачкой» сорвать планы социалистического строительства.

Даже в районах, охваченных голодом, продолжались обязательные государственные хлебозаготовки.

Ответом деревни на методы, которыми проводилась коллективизация, стал рост социальной напряженности. В январе — марте 1930 г. прошло не менее 2200 массовых выступлений с участием почти 800 тыс. крестьян. В секретном письме ЦК ВКП(б) от 2 апреля 1930 г.

отмечалось, что если бы процесс насильственной коллективизации не оказался временно приостановлен, добрая половина низовых работников партийного и хозяйственного аппарата была бы перебита крестьянами. Для подавления беспорядков применялись воинские части вплоть до авиации.

Недовольство крестьян нередко выплескивалось в насильственные действия и в последующие годы, хотя общий накал сопротивления деревни постепенно снижался.

Коллективизация, осуществленная во многом насильственными методами, тем не менее, благодаря мужеству и трудолюбию русского мужика имела не только отрицательные, но и положительные результаты, среди которых важнейшим стала механизация сельского хозяйства.

И хотя в этот период рост сельскохозяйственного производства шел невысокими темпами, те же хозяйственные результаты теперь достигались значительно меньшим количеством рабочих рук: в течение первых пятилеток из аграрного сектора высвободилось более 20 млн человек. Таким образом, речь шла о существенном увеличении производительности труда в деревне. Резко поднялась товарность сельского хозяйства.

Началось постепенное восстановление поголовья скота. Основные ориентиры модернизации деревни к концу 1930-х гг. в целом были достигнуты.

Еще большее место в политике форсированного рывка заняла реконструкция промышленности. Здесь поворотным также становится 1929 г., когда на XVI партконференции принимается первый пятилетний план экономического развития, рассчитанный на 1928 — 1933 гг. Госплан СССР подготовил два варианта плана: отправной и оптимальный.

Задания по оптимальному плану были на 20% выше, из двух вариантов предпочтение было отдано именно ему. В мае 1929 г. план был утвержден V Всесоюзным съездом Советов. По плану к концу первой пятилетки намечалось довести ежегодное производство электроэнергии до 22 млрд кВт/ч., угля — до 75 млн т., чугуна — до 10 млн т., стали — до 10 млн т., тракторов — до 53 тыс.

штук, автомобилей — до 100 тыс. штук.

Однако, как и в случае с коллективизацией, первоначальные расчеты вскоре были забыты, и началось административное «подстегивание» темпов промышленного развития страны. В декабре 1929 г. на съезде ударников был выдвинут лозунг «пятилетку в четыре года».

Обосновывая эту установку, Сталин заявлял, что СССР отстает от передовых государств на 50—100 лет, и это расстояние необходимо пробежать за десять лет, в противном случае советскую страну сомнут. В 1930 г. на XVI съезде ВКП(б) форсированный вариант индустриализации был закреплен окончательно.

В своем выступлении Сталин провозгласил, что к концу пятилетки ежегодное производство чугуна может и должно составлять 17 млн т., тракторов — до 170 тыс. штук, автомобилей — до 200 тыс. штук.

Именно в годы I пятилетки, столкнувшись с экономическими трудностями, советское руководство попыталось найти выход из них за счет применения принудительного труда заключенных.

Волюнтаризм в вопросах экономики привел к перенапряжению сил страны и породил кризисные явления. Так, в 1932 г. фактический прирост промышленности составил всего 14,7%, тогда как намечалось 32%. Особенно катастрофически упали темпы прироста в 1933 г., составив всего 5%.

Среди причин падения темпов развития были перерасход финансовых средств, неразвитость инфраструктуры, транспорта, диспропорции в развитии разных отраслей хозяйства, перекосы в директивных заданиях.

Тем не менее, было объявлено, что первая пятилетка выполнена досрочно — за 4 года и 3 месяца. Это было пропагандистским преувеличением —задания по первому пятилетнему плану удалось выполнить лишь на 93,7%. Всего же к 1932 г. производство электроэнергии составляло 13,5 млрд кВт/ч.

, угля — 64,4 млн т., чугуна — 6,2 млн т., стали — 5,9 млн т., тракторов — 49 тыс. штук, автомашин — 24 тыс. штук.

Тем не менее, основная цель первой пятилетки — перевести страну на рельсы интенсивного индустриального развития, была достигнута. Объем продукции крупной промышленности в 1932 г.

превысил более чем втрое довоенный уровень и больше чем в два раза уровень 1928 г. Ее удельный вес в валовой продукции народного хозяйства составил 70%.

В СССР была создана собственная передовая техническая база, обеспечивающая реконструкцию всех отраслей народного хозяйства.

Создана новая угольно-металлургическая база страны — Урал-Кузбасс. Вступило в строй 1500 новых предприятий. Среди первенцев первой пятилетки были такие гиганты, как Днепрогэс, Магнитка, Сталинградский и Харьковский тракторные заводы, Московский и Горьковский автомобильные заводы. Открылось движение по Туркестано-Сибирской железной дороге.

Вторая пятилетка (1933—1937 гг.) существенно отличалась от первой.

Достигнутый уровень материального благосостояния позволил партийному руководству отойти от методов чрезвычайщины и в определенной мере реанимировать товарно-денежные, рыночные отношения, материальное стимулирование труда и научные подходы при составлении планов. Все это вместе взятое позволило Л. Д. Троцкому говорить даже о «сталинском неонэпе» по сравнению с военно-коммунистическими методами первой пятилетки.

Новые, более реалистические подходы к экономике, нашли свое воплощение в заданиях второго пятилетнего плана, принятого XVII съездом ВКП(б) в 1934 г. Производство электроэнергии к концу пятилетки планировалось довести до 38 млрд кВт/ч., чугуна — до 16 млн т.

, нефти и газа — до 46,8 млн т., стали — до 17 млн т. Среднегодовой прирост продукции за 1933—1937 гг. должен был составлять 16,5%.

Помимо общей либерализации экономического курса во второй пятилетке, ее важнейшими особенностями становится еще большая переориентация на Восток и установка на развитие более быстрыми темпами легкой промышленности, чем тяжелой.

В соответствии с этим в план закладывались установки на значительный рост показателей жизненного уровня населения: повышение уровня потребления в 2—3 раза, снижение розничных цен на 35% и увеличение вдвое заработной платы рабочих и служащих.

Отказ от «подхлестывания» страны имел положительный эффект. Результаты второй пятилетки оказались более успешными, чем первой. Производительность труда за 1933—1937 гг. увеличилась вдвое против 41% за первую пятилетку. В строй вступило 4500 крупных предприятий.

Валовой продукт промышленности вырос в 2,2 раза против двух раз в первой пятилетке, хотя численность рабочих и служащих в эти годы росла в 4 раза медленнее. Большую роль в развитии страны в годы второй пятилетки сыграл и трудовой героизм миллионов советских людей.

В годы II пятилетки получает развитие стахановское движение, серьезно ускорившее процессы индустриализации.

Стахановское движение, в отличие от ударничества первой пятилетки, опиралось не только на моральные, но и материальные стимулы труда. Стахановцы, многократно перевыполнявшие плановые задания, оплачивались значительно выше, чем остальные рабочие.

Иногда это вело к конфликтам в рабочей среде, но в целом стахановцы пользовались большим почетом, ими гордились, стремились подражать им. Всей стране были известны имена самого А. Стаханова, Н. Изотова, А. Бусыгина, И. Гудова, П.

Кривонос, Евдокии и Марии Виноградовых.

Успехи в развитии отечественной промышленной базы позволили отказаться от экспорта зерна ради покупки машин и промышленного оборудования. Затраты на ввоз черных металлов снизились с 1,4 млрд руб. в первой пятилетке, до 88 млн руб. — во второй.

Импорт станков для машиностроительной промышленности сократился в общем объеме потребления станков с 66% в 1928 г. до 14% в 1935 г. В целом импорт в годы второй пятилетки машин уменьшился более чем в 10 раз по сравнению с последними годами первой пятилетки.

Это, а также прекращение импорта тракторов и автомобилей позволило снизить задолженность по иностранным кредитам с 6300 млн руб. в 1931 г. до 400 млн руб. в 1936 г., а с 1934 г. СССР уже имел активный торговый баланс. Удельный вес импортируемой продукции в общем потреблении составил в 1936 г. менее одного процента.

Все это свидетельствовало об обретении страной экономической самостоятельности и о высокой результативности выбранного варианта социально-экономического развития.

⇐ Предыдущая16171819202122232425Следующая ⇒

Дата добавления: 2016-11-02; просмотров: 862 | Нарушение авторских прав | Изречения для студентов

Источник: https://lektsii.org/8-71927.html

Biz-books
Добавить комментарий