Бурятское изобразительное искусство: история и современность. Пазников О.И.

Изобразительное искусство Бурятии

Бурятское изобразительное искусство: история и современность. Пазников О.И.

         Памятные даты Союза художников

Бурятии

1933

Создание Союза художников Бурят-Монгольской АССР

1940

I Декада Бурят-Монгольского искусства в Москве

1942

Выставка к 25-летию Великой Октябрьской Социалистической революции

1944

Межобластная выставка художников Сибири и Дальнего Востока, Иркутск

1953

Выставка к 20-летию Союза художников Бурят-Монгольской АССР

1959

II Декада бурятского искусства и литературы в Москве

1963

Выставка к 30-летию Союза художников Бурятской АССР

1964

I зональная выставка в Хабаровске

1967

II зональная выставка во Владивостоке

1969

III зональная выставка в Улан-Удэ

1971

Выставка художников автономных республик РСФСР в Москве

1973

«Художники Бурятии», посвященная 40-летию Союза художников в Свердловске

1974

IV зональная выставка во Владивостоке

1980

V зональная выставка в Чите

1981

«Искусство Бурятии» в Ереване, Баку, Алма-Ате, Ленинграде и Москве

1982

— «Искусство Бурятии» в штаб-квартире ЮНЕСКО в Париже (Франция) — «Искусство Бурятии» в Чите 1983 — «50 лет Союза художников Бурятской АССР» в Москве — «Искусство Советской Бурятии» в Улан-Баторе (МНР)

1984

Изобразительное искусство Бурятии» в Дели (Индия)

1985

VI зональная выставка во Владивостоке

1987

Ретроспективная выставка бурятских художников в Новосибирске

1989

II выставка художников автономных республик в Москве

1990

VII зональная выставка в Якутске

1994

«Бурятские художники» в Киеве (Украина)

1996

«Бурятские художники» в Москве

1997

— VIII зональная выставка в Хабаровске — «Выставка бурятских художников» в Иркутске

2001

«Художники Бурятии» в Улаанбаатаре (Монголия)

2003

— IX зональная выставка в Хабаровске — 70 лет Союза художников

2006

«Художники Бурятии» в Москве

2008

X зональная выставка в Новосибирске

2011

«Искусство, освященное Байкалом» — совместная выставка с художниками Иркутска и Читы

2011

«Изобразительное искусство Бурятии». Новый Манеж, Москва Начало ХХ столетия характеризовались столкновением противоборствующих сил, что естественно отразилось на разных сферах жизни общества. Уже первые выставки, организованные Бурятским Ученым комитетом (Буручкомом, 1922), вызвали непосредственный интерес у специалистов и широкого зрительского круга. Об этом свидетельствуют злободневные отклики в прессе (Верхнеудинск, Новосибирск, Москва), а также резонанс, отозвавшийся спустя несколько десятилетий у художников не только Сибири, но и всей обширнейшей территории страны. В этой связи следует вспомнить живописные полотна Ц. Сампилова, А. Хангалова, Р. Мэрдыгеева, графические зарисовки Г. Эрдэнийна, Б. Будаева, а также произведения художников из буддийских монастырей (дацанов), привлекавшихся к участию на те же выставки.

Бурятский Союз художников

Неслучаен тот факт, что почти сразу же после известного Постановления ЦК ВКП (б) от 23 апреля 1932 г. «О перестройке литературно-художественных организаций» был сформирован Союз художников Бурят-Монгольской АССР. Толчком к этому событию явилась подготовка к десятилетию образования Бурят-Монгольской АССР (1933). Для оформления празднества правительство молодой автономной республики привлекло двадцать художников из Иркутска, Москвы, Ленинграда; временно были освобождены от работы в разных учреждениях местные кадры. В совместном творческом общении, проходившем в Краеведческом музее, и зародилась мысль об объединении художников в единую организацию. В июле 1932 года образовалась группа, взявшая на себя всю подготовительную работу, а в августе того же года СНК БМАССР своим решением создал Союз художников Бурят-Монгольской АССР. Председателем был избран Г. Павлов, ответственным секретарем Р. Мэрдыгеев; в число членов вошли Ц. Сампилов, Б. Будаев, Ф. Балдаев, М. Шестакова, Е. Неволина, А. Окладников, И. Аржиков, Г. Чикотеев, О. Пепуль. Перед членами творческой организации открылся широкий доступ к мировой и русской классике, и первыми студентами Московского художественного вуза стали А. Ажигиров и Д. Тудупов. 

Улан-Удэ, 1938 г. В нижнем ряду: Е. Неволин, О. Пепуль, Ц. Сампилон, Р. Мэрдыгеев, А. Окладников, Н. Чикочеев. В верхнем ряду: Л. Шкрапов, А. Аюшинов, Г. Павлов, А. Чимит, П. Головинов, И. Артиков

Содружество творцов

В конце тридцатых годов началась подготовка к проведению Первой декады литературы и искусства Бурят-Монгольской АССР в Москве, тогда по решению Правительства страны в республику прибыли крупные деятели советской культуры, в числе которых были искусствоведы и художники. В творческом содружестве бурятских и московских деятелей культуры были достигнуты замечательные результаты в разных видах и жанрах живописи, графики и декоративного искусства. Особо отмечен танец масок, введенный режиссером Г. Цыденжаповым и поставленный И. Моисеевым: «Органично вплетались в народно-эпическую ткань спектакля декорации Г. Кигеля, построенные по мотивам фольклора (чеканка, резьба по дереву, вышивка по ткани). Очень колоритными, в ярком национальном стиле получились костюмы, выполненные по эскизам художников Г. Павлова и Б. Чернутова». Народные умельцы обогатили экспозицию нарядно оформленными седлами, ножами и огнивами в серебряной оправе, комплектами женских головных и нагрудных украшений. Искусствовед В. Чепелев в обстоятельной статье журнала «Искусство» впервые отметил глубокие параллели народного творчества Бурятии не только с буддийским Востоком, но и «со Средиземноморьем, с Эгейским миром». По мнению ученого, бурятский народ — «наследник культуры металла эпохи бронзового века Саян, Прибайкалья и скифских традиций металлообработки, выработал свое эстетически целостное искусство, не отчуждая себя от широких культурных взаимоотношений». 
Коллективный выход на этюды. Бурят-Монголия, лето 1949 г. Военное лихолетье, сплотившее все народы страны Советов, определило тематику и общий эмоциональный настрой искусства на несколько последующих десятилетий, вплоть до второй Декады бурятского искусства и литературы в Москве (1959). Зарождению дружбы между русскими и бурятами посвятили свои полотна А. Тимин и В. Гончар; в разных видах и жанрах выступили художники старшего поколения, а также К. Сергеев, Б. Садыков, Э. Аюшеев, Л. Гергесов, Д. Никоров, М. Воробьев, В. Инкижинов, Ю. Чирков, Д. Алтаев, М. Метелкина. Впервые показали свои работы выпускники художественных вузов страны — А. Сахаровская, А. Хомяков, Г. Баженов и другие.

Новые веяния

Новый этап творческого осмысления действительности наступает в начале 1960-х годов, чему в немалой степени способствовала интенсивная выставочная деятельность Союза художников, как в республике, так и за ее пределами; именно в этот период получили свое подлинное признание произведения двадцатых годов. В работах новых поколений художников прослеживаются традиции, идущие от зачинателей станковых видов профессионального искусства, а также от буддийского культового искусства. Одновременно усиливается внимание к современности: в экспозиции российской выставки «Мы строим БАМ» (1979, Улан-Удэ) с художниками союзных республик участвовали местные авторы И. Налабардин, В. Архипов, Л. Лабок, Г. Купцов. Искусство Бурятии было показано в Москве, Ленинграде, а также в Казахстане, Армении, Азербайджане (1980–1981) и в Париже (1982). Военная тематика волнует как участников боев Москалева (Героя Советского Союза), так и более молодых: труженикам тыла посвятил несколько полотен В. Грищенко. Создают обобщенные типы тружеников степей А. Даржаев, С. Ринчинов, Д-Н. Дугаров, творчество которых развернулось динамично и многомерно. Художники обращаются и к темам традиционных праздников; впечатляет декоративной красочностью полотно «Сурхарбан» Г. Баженова. В пейзажном жанре можно ощутить влияние классической русской и мировой живописи, вместе с тем в них прослеживается тенденция к эпическому образу, к примеру, в картине Эрхито Аюшеева «Просторы Бурятии»; в полотнах М. Оленникова с распевной ритмикой холмистых далей, колоритностью таежных озер; высокогорный рельеф гор с могучими животными-сарлыками запечатлел Т. Рудь. 

Мотивы Родины

Величественная и суровая красота Байкала и Саянских гор привлекала художников всех времен, включая Р. Мэрдыгеева, К. Сергеева, Д-Н. Дугарова, А. Казанского, Б. Тайсаева, В. Николюка и других. Особое место в творчестве бурятских художников фольклорно-эпическая тема, начало которой было положено в канун войны, когда вышло постановление Совнаркома о проведении юбилея героического эпоса в 1942 г. Художники сразу же приступили к работе и продолжили ее в военные и послевоенные годы, и даже после публикации тома с иллюстрациями Ц. Сампилова, Р. Мэрдыгеева, А. Окладникова, Г. Павлова и Ф. Балдаева. На зональной выставке 1964 г. серия линогравюр «По мотивам эпоса» А. Сахаровской впечатлила особым эмоциональным настроем в изображении воинских шествий и битв, торжественно-праздничных пиров и хороводов в степи, обеспечили заслуженный успех произведению; в середине семидесятых годов внес новую струю в созданию Гэсэриады Д. Пурбуев — выпускник Таллиннской Академии Художеств: наряду с изящными заставками в технике офорта им выполнены портретные изображения персонажей эпоса. В 1982 году завершилось декоративное оформление нового здания Бурятского театра драмы им. Хоца Намсараева, выполненное живописцами, скульпторами и народными умельцами республики во главе с Д-Н. Дугаровым; для всего коллектива это был своего рода итог изучения национального быта и традиций в контексте многовековой культуры Востока. Автором главной фрески интерьера «На Земле Гэсэра» стала А. Цыбикова. Фольклорно-эпическая тема вдохновляла многих авторов — И. Старикова, Т. Манжеева, Д. Олоева. Ч. Шенхоров выполнил полностью макет книги с переплетом, фронтисписом с полосными иллюстрациями, с заставками и концовками всех девяти глав — «ветвей эпоса»… У каждого из художников индивидуальный аспект видения эпического произведения, своя стилистика и вместе с тем органично соответствующая вере народа в «славных богатырей-воителей», в торжество добра над злом в наступление всеобщего блага на Земле. Нельзя не упомянуть имя одного из старейших мастеров Бурятии Л. Доржиева (1918–2011) — участника республиканских, зональных, российских выставок самодеятельного искусства, а также персональных в Улан-Удэ (1988,1998, 2007), автора многих орнаментальных композиций, а также картин, написанных в национальном стиле «буряад зураг».

Скульптура в Бурятии

Свои особенности имеет скульптура в республике. Конная группа А. Тимина возвышается на фасаде театра оперы и балета, олицетворяющая свободную Бурятию; в традициях русской и европейской школы выполнены произведения Э.Цыденова. Черты традиционного быта и современности, органично сплавленные в целостное единство, составляют образную основу произведений Г. Васильева, И. Гомбоева, Б. Зодбоева, Б. Энкеева, В. Уризченко, М. Эрдынеева. С пластикой малых форм переплетается декоративно-прикладное творчество, в первую очередь керамика А. Хомякова, В. Базарова, Р. Жимбиевой, А. Трубачеевой, а также рельефная чеканка из меди П. Намсараева. Возрождение художественных традиций буддизма является фоном для морфологической общности этнического стиля, определяющего сегодняшнее состояние декоративно-прикладного творчества, а также появление нового феномена — современной бронзовой скульптуры, представленной именами Г. Зодбоева, Б. Сундупова, Ю. Эрдынеева.

Бурятское ювелирное искусство

Бурятское ювелирное искусство уже не раз угасавшее на протяжении не одного десятилетия минувшего века, вновь и вновь возрождается, как это было в 1970-е годы. Тогда возглавлял Союз художников Д-Н. Дугаров и на одиннадцатом километре от города был создан поселок для проживания и работы народных умельцев со всех районов республики для участия в программе возрождения традиционных промыслов. Произведения Д. Санжиева, А. Чинбата, Э. Манзарова и многих других, экспонировались на всесоюзных и зарубежных выставках. В настоящее время успешно продолжают работать Б. Жамбалов, З. Жамбалов, Ж. Эрдынеев, В. Русских, Н. Танганов, ряд других художников.

Сценография в Бурятии

Замечательным достижением национальной сценографии являются, кроме упомянутых выше мастеров, театральные работы А. Бритовой, В. Тевелева, Е. Будожаповой, поныне работающие В. Бройко и Б. Доржиев.

Гобеленное ткачество в Бурятии

Уникальным видом декоративного искусства в масштабах страны является гобеленное ткачество республики на основе конского волоса, в современное развитие исконно традиционного материала внесли свой вклад Т. Тимина, С. Ринчинова, Б. Дамбиева, Р. Доржиева, Т. Дашиева, активные участницы выставок в республике и за ее пределами.

Особенности изобразительного искусства Бурятии

Художники Бурятии прошли через все испытания ХХ века и внесли свой вклад в современное искусство на новом этапе. Кроме уже упомянутых следует назвать такие известные имена, как Ю. Мандаганов, О. Козлов, Л. Семенов, С. Ханхаров, Л. Нохоева, А. Дугарова, Ш.-Ж. Раднаев, Б. Лыксоков, Н. Улзытуева, В. Поспелов, М. Ванданов, Л. Воронцова, В. Богомазов. Заявили о себе Ж. Зомонов, Е. Болсобоев, В. Рабжаева, перечислить здесь всех нет возможности. Фундаментом творчества бурятских художников остается классическая русская и мировая школа. Она не противоречит условной декоративности и статики одних, экспрессивности цвета других, идеопластике третьих. Смыслообразующее ядро культуры определяет общий круг тем и художественных приемов, в которых тесно переплетены традиционные этнические и универсальные ценности. В целом сегодняшнюю художественную жизнь Бурятии характеризуют открытость, полицентризм, многоуровневость. Неслучайным стало формирование художников универсального типа, какими являются, к примеру, Д. Намдаков, Б. Дашицыренов, З. Доржиев и многие другие. На каждом этапе развития национальной культуры были достигнуты определенные результаты, многие из которых не потеряли своей актуальности и сегодня. В сплаве разнородных, на первый взгляд, тенденций заключается жизненная сила современного искусства. Самодеятельное творчество, выраставшее из глубин этногенетического сознания, и искусство профессиональное взаимно дополняют и обогащают друг друга, определяют уникальность и неповторимость их устремлений в будущее.

Богатство и разнообразие индивидуальных дарований, внутренняя свобода и высокий профессионализм обеспечивают признание искусства художников Бурятии как самостоятельного целостного явления. ❚



В  Художественном музее имени Ц.Сампилова открылась выставка народного художника Бурятии Ю.А.Чиркова. Также прошла презентация каталога выставки «Время. Портреты. Судьбы.  Юрий Чирков».

Художницы представили новую книгу «Алтан-Хайша» (Золотые ножницы) и выставку работ.

Торжественное открытие выставки «Живопись танка. Медитация и философияВостока» состоится 11 июля в 16.00.

В этом году мы отмечаем 85-летие народного художника Бурятии и России, выдающегося общественного деятеля, одного из лидеров национального движения бурятского народа, первого президента Всебурятской ассоциации развития культуры (ВАРК) Даша-Нимы Дугарова.

Источник: http://soyol.ru/art/zhivopis/671/

1 Министерство образования РФ Бурятский государственный университет Пазников О.И. Бурятское изобразительное искусство: история и современность Улан-Удэ, 2003 Искусство! Лик

Бурятское изобразительное искусство: история и современность. Пазников О.И.

Книги по всем темамPages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   …   | 8 | Министерство образования РФ Бурятский государственный университет Пазников О.И.

Бурятское изобразительное искусство: история и современность Улан-Удэ, 2003 Искусство! Лик твой многогранен.

Являясь в свете иль во мгле, Он ясен, словно бы, и странен, Как все живое на Земле.

Творенья сладостные муки Рождают таинством своим Цветов гармонию и звуки, Творцам подвластные одним.

Не для того ли нам порою Судьба дарует дивный шанс, Искусство, встретиться с тобою, Чтобы запал души не гас В сердцах поблекших расцветая Неувядаемой красой, Его побеги пробуждают В нас солнце жизни и огонь.

Тепло надежд, любви прекрасной Творец несет тебе и мне, И значит, вовсе не напрасно Живет Художник на Земле! Олег Пазников САМОРОДОК АГИНСКОЙ ЗЕМЛИ В наше время наблюдается активный интерес к истории, этнографии, культуре бурятского народа, проживающего в различных территориальных округах и имеющего традиционные особенности в организации быта и жизнедеятельности.

Однако источников, повествующих «от первого лица» об этих социально значимых явлениях на сегодняшний день сохранилось немного.

Особую редкость представляют наглядные свидетельства образа жизни коренного населения Забайкалья 20-х – 30-х годов прошлого века, в период перехода от традиционного кочевого уклада к новорежимному ведению хозяйства и радикальной смены культурно-общественных идеалов.

Тем более ценны дошедшие до нас те немногие «летописи», воплощенные в форме художественных образов, которые оставлены художниками – современниками запечатленных ими событий, фактов, явлений той переломной поры.

Одним из них является Галсан Эрдынийн – яркий и самобытный мастер, оставивший после себя уникальное наследие, повествующее о буднях и праздниках жителей агинской земли.

В этой связи хотелось бы обратиться к личности художника, чье творчество еще мало изучено искусствоведами. Хотя, по признанию специалистов, именно оно определяет поворотный рубеж в преодолении условности старобурятской религиозной живописи и становления реалистических основ национального искусства.

Галсан Эрдынийн является одним из тех художников-самородков, в чьем творчестве слились особенности этнического восточного менталитета с эстетическими традициями бурятского народного и культового искусства.

Отсюда своеобразие его художественного языка – многофигурность композиции, любовь к изображению деталей, каллиграфическая выразительность рисунка.

Художник неторопливо и обстоятельно воспроизводит природно-бытовую среду кочевников Забайкалья и их неизменных спутников – животных.

Очевидно, поэтому в каждой его работе ощущается та глубокая мудрость степной жизни, которая заключается в гармонии между природой и человеком.

Скудные сведения, дошедшие до нас о Галсане Эрдынийне, говорят о том, что родился он в 1884 году в Орто-Тургинском сомоне Адон-Челонского хошуна Агинского аймака в семье малоимущего скотовода. Ныне это село Южный Ортуй Могойтуйского района Агинского бурятского национального округа Читинской области.

Мальчика отличали способности к рисованию и он был отдан учеником в Агинский дацан. Под руководством лам-зурачинов он учился копировать буддийские иконы, осваивая технику тибетского, китайского, монгольского письма.

Но для него оказались узкими рамки ламаистского искусства. Натура художника требовала тесной ее связи с естественной природной и этнической средой.

Галсан Эрдынийн стремился выразить наглядным реалистическим языком собственное видение окружающего мира.

Для этого ему приходилось нарушать устоявшиеся каноны теологического мировосприятия. Игнорирование законами культовой живописи привело к изгнанию художника из когорты дацанских мастеров-иконописцев.

Однако в «миру» его «несерьезное» занятие также не находит должного понимания и поддержки среди соплеменников. Он ведет аскетичный образ жизни, полностью посвящая себя рисованию.

Глубинная связь с традиционными верованиями предков, что служит основой духовной жизни и обычаев народа, побуждает Г.Эрдынийна выполнить серию акварельных рисунков на данную тему. К ним относятся:

«Бурятский шаман во время камлания в доме», «По дороге на обо», «Праздник обо. Молебствие», «Тайлаган».

Работы Галсана Эрдынийна, в силу их эндэмичности и конкретики, имеют большую краеведческую ценность и способствуют изучению разных сторон быта агинского населения края 20-х годов прошлого века.

В этой связи можно отметить графический лист «Одежда и украшения забайкальских бурят», который представляет собой групповой портрет типичной бурятской семьи. Он отличается фотографической точностью в изображении деталей национального костюма и традиционного комплекта украшений.

Тем самым он дает богатый материал современным историкам и искусствоведам в исследовании разновидностей формы, покроя, декоративных элементов, семантики народной одежды, свойственной бурятскому населению Забайкалья.

Вместе с тем художник уделяет внимание передаче индивидуального портретного сходства людей, стремясь доступным ему графическим языком выразить психологическое состояние каждого из них. Общая статичность композиции обусловлена той внутренней сдержанностью и эмоциональной уравновешенностью, что присущи характеру жителей этих мест.

Так, посредством семейного изображения Г.Эрдынийн доносит до зрителя обобщенное представление о целом народе, отражает внешнее проявление его культуры в повседневной атрибутике мужчин, женщин, детей. Автор делает это с чувством эстетического отношения и духовной близости к личности каждого персонажа, как носителя культурных традиций бурятского этноса.

Революционные перемены, пришедшие в Бурятию в начале 20-х годов, вносят новизну в деятельность художника-одиночки. Он включается в коллективную творческую жизнь, принимает участие в нескольких художественных выставках.

Тем не менее Галсан Эрдынийн не стремится круто менять привычный стиль и содержание своих работ. Произведения, выполненные им в 20-е годы, по-прежнему посвящены бытописанию кочевой жизни, вековым традициям, обычаям и обрядам бурятского народа. В их числе – «Бурятский улус», «Буряты кочуют на зимник», «На летней стоянке кочевника бурята», «Перекочевка из зимника в летник», «Улус в степи».

Для этих работ свойственно пасторальное изображение действительности. Тучные стада пасущихся животных, кочующие люди в нарядных одеждах олицетворяют желаемый достаток народа, эпическую красоту и богатство родного края. Выполненные карандашом, тушью и акварелью, эти работы не ярки по цвету и непритязательны по сюжету.

Однако главная их ценность состоит в том, что они этнографически точно воспроизводят особенности национального быта, сохраняя для потомков характерные признаки своего времени.

Конкретика многоплановых сцен, переданных с позиций очевидца, делают произведения Г.

Эрдынийна исторически достоверными и востребованными в настоящий период как документальные свидетельства прошлого, без уважения к которому, как известно, не бывает будущего нации.

В своих работах Г.Эрдынийн применяет новый для национального искусства прием передачи пространства, который состоит в выборе высокой точки обзора и панорамного охвата места картинного действия. Это придает величие и значимость обыденным, на первый взгляд, явлениям труда и быта, свершающихся на бурятской земле.

При всей эклектичности художественного образования автора, произведения Г. Эрдынийна впечатляют стройностью композиции и масштабностью изображенных действий.

И это при том, что графические листы вовсе не отличаются крупным форматом и скромны в выборе художественных средств.

Тем не менее их содержание вмещает в себя целую эпоху, давая объективное представление о народной жизни 20-х – 30-х годов.

https://www.youtube.com/watch?v=2f1wAUBe-q0

В конце первого революционного десятилетия Галсан Эрдынийн вступает в полосу активной общественной деятельности. Преподает рисование в агинской школе, участвует в создании местной коммуны.

Однако в 1938 году его судьба трагически обрывается.

30-е годы в творчестве художника отмечены серией произведений, посвященных уходящему быту агинских бурят, сохраняющих в своих обрядах и праздниках черты религиозных верований.

Подобная проблематика становится несовместимой с идеологией советского режима, ступившего на путь массовой пропаганды атеизма. Поэтому работы Г.

Эрдынийна, выполненные в те годы, являются последним отголоском, доносящим до нас реальную правду былой народной действительности.

Именно в этот период происходит расцвет самобытного авторского стиля «летописца» агинской земли.

К середине 30-х годов относится одна из самых известных работ Галсана Эрдынийна «Цагалган» (название дается по оригиналу, датированному 1935 г.) из серии «Старый быт агинских бурят». (В настоящее время цветной графический лист «Цагалган», выполненный в смешанной технике – карандаш, акварель, тушь, белила, находится в собрании Республиканского художественного музея имени Ц.С.Сампилова).

Г. Эрдынийн. «Цагалган». 1935 г.

Это – единственное произведение в творчестве Г.Эрдынийна, где действие происходит в условиях зимнего сезона. Его содержание посвящено традиционной встрече Нового года (по восточному лунному календарю) в бурятском улусе. Пройдемся же, следуя замыслу художника, по сюжетной канве композиции.

Прежде всего мы видим на ней множество людей, собравшихся по случаю главного национального праздника, от которого в монгольском мире ведется ежегодный отсчет времени. Они прибыли из окрестных хотонов, заметных на фоне убеленного снегом степного ландшафта. При этом автор выстраивает композицию таким образом, что хорошо видны фигуры всех персонажей, образующих локальные сюжетные группы.

Многоплановое действие разворачивается по всему полю листа.

Отдельные группы, как звенья большой цепи, смыкаясь между собой, сливаются в единую живую массу, кругоподобным рядом опоясывающую место традиционной встречи.

Атмосфера наступившего праздника духовно объединяет собравшихся людей, превращает их из отдельных индивидов в особое понятие – народ, спаянный общей культурой, устоями и обычаями. Здесь присутствуют представители разных полов и возрастов – мужчины и женщины, старики и дети. И каждый следует в своем поведении обрядовым традициям древнего праздника.

В центре, на переднем плане картины — три пары персонажей, приветствующих друг друга традиционным рукопожатием. Этот жест сопровождается взаимными поклонами и благопожеланиями.

Далее по флангам выстраивается вереница людей в праздничных национальных костюмах. Особенно нарядны женщины в длиннополых дэгэлах и в обрамлении серебряных украшений.

Рядом — вездесущие дети, с любопытством воспринимающие новогодний церемониал.

Праздничная атрибутика присутствует не только в облике людей, одетых в лучшие одежды, но и в особом убранстве лошадей, видимых повсюду. Запряженные в сани, стоящие скопом и в одиночку, шагающие и скачущие под седлами всадников, они обряжены, под стать моменту, в дорогую изящную сбрую.

Надо сказать, что искусно изготовленные предметы верховой езды – уздечки, седла, чепраки, шлеи, исстари имеют не только эстетическое значение, но и служат ярким показателем личности хозяина, его благосостояния и положения в улусном обществе.

К тому же, по ним можно судить об уровне мастерства агинских дарханов, достигших в своем ремесле высот, сопоставимых с лучшими творениями национального декоративно-прикладного искусства.

Галсан Эрдынийн отдает дань уважения рукодельному творчеству земляков, с пристрастием воспроизводя элементы украшения, без которых эстетическая сторона праздника была бы неполной.

Чуть поодаль, в глубине композиции, расположены войлочные юрты – средоточие семейного тепла и гостеприимства. Дымки, вьющиеся из юрточных труб, оповещают о скором приеме гостей, прибывших из разных мест. Два белых знамени, вознесшиеся над кровлями степных жилищ, указывают на неординарность происходящего события.

Линия горизонта условно делит композицию на две части. Нижняя служит воплощением материального мира и наполнена земными заботами людей.

Верхняя «отдана» священному синему небу, которое в этнической мифологии символизирует высшее духовное начало и является культовой основой мироздания. К нему же устремлены все помыслы и чаяния людей в день встречи Сагаалгана.

Ясная синева неба и белизна снежного покрова, простертая до утопающих в голубой дымке сопок, кажется, дарят надежду на благоприятное начало нового года, обещают исполнение загаданных желаний.

Вблизи юрт автор изображает кочевой скарб и орудия труда из жизненного обихода коренного населения Забайкалья. Здесь можно видеть телеги, сани, конные грабли и другой необходимый в хозяйстве инвентарь, отражающий круг сезонных забот жителей улуса.

Дальше, за изгородью – скот – главное богатство агинцев. От того, каков будет его приплод и насколько обильными вырастут корма зависит, удачным ли будет наступивший год.

Торжественно-церемонную обстановку встречи «разряжают» стремительные фигуры всадников, мчащиеся, как вестники перемен, на дальнем плане пейзажа. Этот сюжетный ход обогащает картину всенародного праздника, привносит в нее элемент обновления.

Там же, вдалеке видны горделивые фигуры верблюдов – степных великанов и тружеников. Привычные прежде для здешних мест, ныне они изошли из животного мира Бурятии, оставаясь лишь в ретроспективных художественных изображениях.

Таким образом, общая ткань произведения «соткана» из отдельных сцен, которые можно воспринимать как сюжетные фрагменты, имеющие самостоятельное смысловое значение и в то же время дополняющие друг друга и составляющие единую фабулу встречи Белого месяца.

В 30-е годы XX века принимается официальная доктрина развития советского изобразительного искусства, согласно которой единственно верным признается метод «социалистического реализма» в отражении действительности.

По сути, в новой художественной системе не остается места для творчества тех самородков, чей талант питается корнями исконной национальной культуры, являет стремление к изображению народной жизни в ее подлинном бытовом контексте, в конкретных жизненных ситуациях.

Благодаря таким жанровым произведениям Галсана Эрдынийна, созданным в 30-е годы в русле новых тенденций, как «Весенняя посевная», «Перевозка хлеба нового умолота», «Школа» и другим, мы имеем возможность наблюдать различные стороны существования забайкальских улусов в иных общественных условиях. Художник внимательно подмечает особенности заведенного в них порядка жизни, проявления социальных, трудовых отношений, соблюдения народных культурных традиций. В этих работах насыщен обновленным смыслом и авторским чувством каждый компонент изображения. И любой зритель может найти в них точные ориентиры, которые делают узнаваемым то время, выраженное в таких типических признаках, как транспортные средства, сельскохозяйственные орудия, символы и атрибуты общественных мероприятий – все, из чего складывалась структура повседневной жизни агинских улусов.

Особенно привлекает Г.Эрдынийна изображение животных – овец, коз, коров, лошадей, верблюдов, собак, которые присутствуют почти в каждой его работе. Вместе с тем художник посвящает анималистическому жанру и отдельные произведения. Наиболее известными из них являются: «Бой быков», «Борцы и собаки – подражатели», «Верблюжий табун колхоза им.

Бусыгина», «Верблюды в разное время года», «Волк», «Дикие козы», «Жеребец местной породы», «Окот овец», «Породистые быки и коровы», «Приручение необъезженного коня», «17 человек на одном», «Собаки у степных кочевников бурят», «Стадо на летнем лугу», Табун лошадей в степи», «Тигры».

Для каждого животного Г.Эрдынийн находит то особое движение, позу, ракурс, выявляющие его индивидуальные повадки и нрав. В этом сказывается наблюдательность художника и хорошее знание животного мира Аги.

Галсан Эрдынийн успешно обращается к жанру портрета. Его героями в разные годы становятся и представители буддийского духовенства, и активисты колхозного строя, и лидеры государственной власти.

В числе произведений этого жанра – «Портрет настоятеля Цугольского дацана», «Орденоносец Буянтуев Мунко», Портрет Баясхалоно Б.Н.

», «Портрет Дармаева Базара – бригадира колхоза «Красный Октябрь», «Сталин и Ворошилов на приеме делегации Бурят-Монгольской АССР» и другие.

Таким образом, Г. Эрдынийн доносит до потомков галерею образов людей своего времени, которые определяли линию социальной жизни, духовнонациональную и государственно-политическую атмосферу эпохи 20-х – 30-х годов прошлого века.

Pages:     || 2 | 3 | 4 | 5 |   …   | 8 | Книги по всем темам

Источник: http://knigi.dissers.ru/books/istoriya/6006-1.php

Бурятия, искусство

Бурятское изобразительное искусство: история и современность. Пазников О.И.

Республика Бурятия по праву считается одним из культурных центров Восточной Сибири. Традиционно высокий уровень отличает культуру республики, представленную пятью театрами, профессиональными союзами писателей, композиторов, художников, архитекторов.

Литература Бурятии

До Октябрьской революции буряты не имели развитой художественной литературы. С середины XVIII в. появляются записи произведений устного народного творчества, хвалебные оды-магталы, стихи, песни и поэмы. Подлинным богатством национальной духовной культуры, оказавшим влияние на формирование бурятской советской литературы, является народнопоэтическое творчество.

В песнях и благопожеланиях, легендах и преданиях, пословицах и поговорках, мифах и сказках, эпических полотнах-улигерах народ выражал свои мысли и чувства, оптимизм и стремление к светлому будущему.

Вершина эпического творчества бурят — национальный героический эпос «Гэсэр», насчитывающий десятки тысяч стихотворных строк. Записи устно-поэтических произведений хранятся в рукописных фондах Ленинграда, Москвы, Иркутска, Улан-Удэ.

Среди собирателей — М.Н. Хангалов, Ц.Ж. Жамцарано, С.П. Балдаев.

В период революции 1905-1907 под влиянием русской литературы возникла улусная рукописная драматургия. Зачинателями её были учащиеся-буряты Иркутска Д.А. Абашеев, С.П. Балдаев, И.В. Барлуков, И.Г. Салтыков.

В первые годы после Октябрьской революции начинается творческая деятельность основоположника бурятской советской литературы Х.Н. Намсараева (1889-1959).

В одноактных пьесах, рассказах, стихах, в поэме «Исповедь старого Гэлэна» (1926) автор разоблачал эксплуататорскую верхушку бурятского общества — нойонов, богачей, чиновников, лам и шаманов, воспевал людей труда. Рассказы Намсараева 1920-х — начала 1930-х построены на основе традиционных мотивов народного творчества.

Широко известны его повесть «Цыремпил» (1935), в приподнято романтических тонах изображающая борьбу трудящихся за свободу и счастье, пьеса «Кнут тайши»(1945) и роман «На утренней заре» (1950), вошедшие в золотой фонд бурятской литературы.

В 1922 вышел первый сборник стихов Солбонэ Туя (П.Н. Дамбинов, 1882-1937) «Цветостепь», в котором Октябрьская революция предстаёт как солнце, восходящее над степью, над жизнью бурятских улусов. Первые бурятские повести написал Ц. Дон (Ц.Д.

Дондубон, 1905-1938): «Луна в затмении» (1932), «Отравление от брынзы» (1935); в них отображены классовая борьба в улусе, процесс коллективизации, формирование нового человека. В 1932 на сцене национального драматического театра поставлена первая пьеса Н.Г.

Балдано (1907-1938) «Прорыв».

Современная бурятская литература развивается по пути социалистического реализма. В ней сложились устойчивые традиции реалистического письма во всех жанрах. Произведения писателей Б. пользуются известностью. Среди поэтов выделяются Д. Дашинимаев (1904-1937), Б. Базарон (1907-1966), Б. Абидуев (1909-1939), Ц. Галсанов (р.

1917), Ц. Дондокова (р. 1911), Д. Жалсараев (1925-1997), Н. Дамдинов (1932-1999), Д. Улзытуев (1936-1972). В числе бурятских драматургов — Ц. Шагжин (р. 1918), автор пьес: «Будамшу» (1956), «Первый год» (1956), «Совесть» (1960), «Чёрт в сундуке» (1963), «Клятва» (1969), А.И. Шадаев (р. 1899),Ц. Цыдынжапов (1905-1980) и др.

В послевоенные годы получили особое развитие прозаические жанры: выпущены десятки сборников рассказов и повестей. Популярностью пользуются рассказы и повести Ч. Цыдендамбаева (1918-1977), Ц. Галанова (р. 1932), Р. Белоглазовой. свыше 20 романов. Первый бурятский роман Ж.

Тумунова (1916-1955) «Степь проснулась» (1949) повествует о путях трудового бурятского крестьянства к Советской власти. Один из ведущих писателей республики Ч. Цыдендамбаев — автор трилогии о первом бурятском учёном Доржи Банзарове. Опубликованы 2 части: «Доржи, сын Банзара» (1953) и «Вдали от родных степей» (1959).

В 1959 издан роман о современной бурятской деревне «Хилок наш бурливый» Б. Мунгонова (1922-1989). Появление трилогии «Похищенное счастье» (1959) Д. Батожабая (1921-1977), романов «Гудит паровоз» (1960) Ж. Балданжабона (1909-1967), «Последнее отступление» (1961) и «Разрыв-трава» (1968-1969) И. Калашникова (1931-1980), «Поющие стрелы» (1962) А.

Бальбурова (1919-1980), «Ночь умирает с рассветом» (1963) М. Степанова (р. 1914) и др. свидетельствует о развитии крупной эпической формы в бурятской литературе.

В области детской литературы работают писатели Д. Хилтухин, Ц. Номтоев, Ш. Нимбуев, Ц. Бадмаев, Чимитов. Книги бурятских писателей издаются на многих языках народов СССР и за рубежом.

Значительное развитие получили критика и литературоведение. Событием в научной жизни Б. является издание коллективного труда «История бурятской советской литературы» (1967).

Старейшим является союз писателей, у истоков которого стояли бурятские писатели Хоца Намсараев, Даширабдан Батожабай, Николай Дамдинов, Исай Калашников.

Печать, радиовещание, телевидение Бурятии

Первая бурятская массовая газета «Шэнэ байдал» («Новая жизнь») вышла в Чите 20 января 1921. В 1922 в Иркутске вышел первый номер газеты «Красный бурят-монгол» на русском языке.

С образованием в 1923 автономной республики было организовано Бурятское книжное издательство, начали выходить республиканское ежедневные газеты: «Бурят-Монгольская правда» (на русском языке), «Бурят-Монголой унэн» (на бурятском языке). В 1925 вышел первый номер молодёжной газеты «Бурятский комсомолец».

После переименования республики в 1958 эти газеты соответственно стали называться «Правда Бурятии», «Буряад унэн» и «Молодёжь Бурятии». В 1969, кроме 3 республиканских газет, выходило 17 аймачных (районных) газет, общий годовой тираж всех газет составил более 40 млн. экземпляров.

В 1969 было издано 131 название книг и брошюр, в том числе 46 на бурятском языке, общим тиражом 673 000 экземпляров. С 1955 на русском и бурятском языке издаётся общественно-политический и литературно-художественный журнал «Байкал»; всего в 1969 выходило 15 журнальных изданий общим годовым тиражом 220 000 экземпляров.

Радиовещание на бурятском языке ведётся с 1934 В 1961 начал работать телецентр в Улан-Удэ; с 1967 ретранслируются московские телепередачи через наземную приёмную станцию «Орбита». Республиканское радио и телевидение ведут передачи на русском и бурятском языках по 2 радио- и телепрограммам.

Архитектура и изобразительное искусство

В Бурятии сохранились остатки поселений эпохи палеолита и неолита, многочисленные наскальные изображения животных, людей и сцен охоты, нанесённые охрой (так называемые писаницы), памятники бронзового века — камни с высеченными фигурками бегущих оленей, плиточные могилы, ножи и кинжалы со скульптурными изображениями животных. К эпохе гуннов относится Иволгинское городище близ Улан-Удэ (I в. до н. э. — I в. н. э.) со следами валов и рвов, остатками сырцовых и глинобитных жилищ; к VI-X вв. — городища, ирригационные сооружения, могильники и писаницы Курумчинской культуры.

Жилищем бурят издавна служили юрты из войлока. В Прибайкалье строились 6- и 8-угольные деревянные юрты с покатой крышей, поддерживаемой в центре 4 столбами. С вхождением в состав России началось сооружение деревянных крепостей, каменных церквей и монастырей, усилился рост городов. В 1-й половине XIX в.

в Троицкосавске (ныне Кяхта) и Верхнеудинске (ныне Улан-Удэ) был возведён ряд классицистических зданий (Троицкий собор в Кяхте, гостиный двор в Улан-Удэ и др.). Проникновение ламаизма вызвало в XVIII-XIX вв. строительство дацанов (монастырей), в формах которых переплетались центрально-азиатские и местные традиции.

Храмы завершались 1-2 ярусами лёгких павильонов с крытыми галереями и изогнутыми крышами. Для отделки применялись резьба по дереву, яркая раскраска и роспись.

В народном декоративно-прикладном искусстве бурят развиты вышивка и аппликация по бархату, коже и сукну, резьба по кости и дереву.

Разнообразна и виртуозна техника обработки металла (насечка, чеканка, чернь, гравировка). В орнаменте сочетаются криволинейные геометрические и стилизованные растительные узоры. В XIX в.

в дацанах были распространены иконописание, литьё и чеканка культовых предметов, книгопечатание (с деревянных матриц).

В советское время выросли новые города и посёлки. В Улан-Удэ в 1930-1940-е были сооружены крупные общественные здания (Дом Советов, 1928-1931, архитектор А.А. Оль; Обком КПСС, 1939-1943, архитектор В.А. Сидоров; и др.). В оформлении Бурятской театра оперы и балета (1947-1952, архитектор А.Н. Федоров) использованы традиции национальной орнаментики.

Жилищное строительство в городах и колхозах, широко развернувшееся с конца 1950-х, ведётся по типовым и индивидуальным проектам. В постройках 1960-х (кинотеатры «Прогресс», 1963-1966, архитекторы А.Р.

Вампилов, М.Н. Меньшиков, и «Дружба», 1966-1967, новое здание Совета Министров, 1965-1968, архитектор А.Р. Вампилов, А.Я. Галяутдинов, — в Улан-Удэ) используются железобетон, стекло, алюминий, пластики.

Современное изобразительное искусство получило развитие в советское время. Основоположником станковой живописи в Бурятии был Ц.С. Сампилов.

Пейзажи бурятских художников со сценами труда и быта лиричны, проникнуты радостным мироощущением (работы Ц.С. Сампилова, А.Е. Хангалова, Р.С. Мэрдыгеева, К.И. Сергеева и др.). Выразительны портреты А.И. Тимина,Е. Павлова, Д.Д. Тудупова, Ю.А.

Чиркова и др. Над историческими и жанровыми картинами работают А.А. Окладников, Д.Д. Дугаров, А.В. Казанский.

Театрально-декорационное искусство представлено работами А.И. Тимина, М.Е. Шестаковой. С конца 1950-х развивается станковая и иллюстрационная графика.

В традиционных видах декоративно-прикладного искусства появляются новые сюжеты. Резные деревянные панно со сценами колхозной жизни создают С. Бодиев, Ш. Дашиев, Б. Зодбоев и др.

, оригинальные образцы чеканки по серебру — Базаров, Д. Бадмаев, Д. Логинова, Ц. Нимаев, С. Санжиев, Тубчинов, Д. Цыренов.

Музыка

Бурятский народ на протяжении многих веков создавал песни различных жанров — трудовые, свадебные, игровые, исторические, лирические, застольные, хвалебные, а также инструментальные наигрыши.

Среди улигерных (эпических) напевов центральное место занимает героико-патриотический эпос «Гэсэр». Большим разнообразием отличаются хороводные, игровые песни.

Народные песни подразделяются на два вида: ута-дун — протяжные песни импровизационно-вариационного характера со сложным ритмом, обилием орнаментики в мелодии, и богони-дун — короткие песни куплетной формы с чётким ритмом. Ладовая основа народных песен — пентатоника.

Носителями народной музыкальной культуры были сказители-улигершины и народные певцы — душа-хунуд. Наиболее распространённые народные музыкальные инструменты — сур, лимба (духовые) и хур (смычковый)

В годы Советской власти большой вклад в собирание народных песен и развитие бурятской музыкальной культуры внесли русские советские композиторы. П.М. Берлинский на материале фольклора создал первую бурятскую музыкальную драму «Баир» (3-й акт написал Б.Б. Ямпилов, постановка 1940), М.П.

Фролов — первую бурятскую оперу «Энхэ — Булат-батор» (постановка 1940), В.И. Морошкин — первую симфоническую сюиту на бурятские темы (1936), С.Н. Ряузов — первый бурятский балет «Свет над долиной» (постановка 1956).

Выдающуюся роль в развитии бурятского музыкально-театрального искусства сыграл народный артист СССРЦ. Цыдынжапов.

Постепенно в Бурятии сложилась национальная профессиональная культура. Много сделали для её развития композиторы Б.Б. Ямпилов, Ж.А. Батуев, Д.Д. Аюшеев, С.С. Манжигеев, Ч.Е. Павлов, Б.О. Цырендашиев и др. Выдвинулась плеяда оперных и балетных артистов, дирижёров, хормейстеров, балетмейстеров, музыкантов. В их числе: оперные певцы — народный артист СССР Л.Л.

Линховоин, народные артисты РСФСР Б.М. Балдаков и Н.К. Петрова, заслуженные артисты РСФСР В.П. Манкетов и В.Д. Лыгденова, заслуженный артист Бурятской АССР К.М. Базарсадаев; танцовщики — народная артистка СССР Л.П. Сахьянова, народный артист РСФСР П.Т. Абашеев, заслуженная артистка РСФСР Т.Е. Гергесова, заслуженный артист Бурятской АССР Ц.Е. Бадмаев и Ф.С. Иванов.

В республике имеются Бурятский театр оперы и балета (основан в 1948), филармония, ансамбль песни и танца «Байкал», Дом народного творчества, музыкальное и хореографическое училища, культпросвет училище (Улан-Удэ), сеть музыкальных школ.

Драматический театр

Истоки бурятского театра — в народных песнях, плясках, играх, обрядах. В дореволюционное время в Бурятии существовал любительский театр, в развитии которого большую роль сыграли русские политические ссыльные, местная интеллигенция.

В 1908-1914 появились первые произведения бурятской драматургии, ставившиеся учащимися духовной и учительской семинарий, городских училищ и школ. После Октябрьской революции распространение получила театральная армейская и улусная (сельская) самодеятельность.

Среди авторов первых бурятских пьес — С.П. Балдаев, И.Г. Дадуев, Х.Н. Намсараев, А.И. Шадаев.

В 1928 организована бурятская театральная студия, в 1930 на её основе — техникум искусств. В 1932 в Улан-Удэ создан Бурятский музыкально-драматический театр, в труппу которого вошли выпускники техникума. На базе драматического коллектива этого театра в 1950 создан Бурятский театр драмы им. Х. Намсараева.

На сцене театра ставились пьесы национальных драматургов, посвященных вопросам современности: «Кто он?» (1933), «Рыбаки Байкала» (1942) Н.Г. Балдано, «Мэргэн» А.И. Шалаева (1937), «Снайпер»Ц. Цыдынжапова (1942), «Весенняя песня» Ц.Г. Шагжина (1957), «Доверие» Б.Г.

Галсанова (1968); борьбе против угнетателей — кулаков, лам — посвящены спектакли «Один из многих» Н.Г. Балдано (1937), «Цыремпил» по повести Х.Н. Намсараева (1968). Революционное прошлое бурятского народа нашло отражение в спектаклях: «Сын народа»Ц. Цыдынжапова (1943), «Пламя» Н.Г.

Балдано (1953), «Барометр показывает бурю» (1957) и «Огненные годы» (1969) Д.О. Батожабая, «В зареве революции» А.А. Бальбурова (1966). Поставлены пьесы «Энхэ — Булат-батор» Н.Г. Балдано (1940), «Будамшу» Ц.Г. Шагжина (1954), основанные на национальном эпосе, народных бурятских сказках. Образ В.И.

Ленина воссоздан в спектакле «Кремлёвские куранты» Н.Ф. Погодина (1947, 1957). Среди постановок классической русской и иностранной драматургии: «Гроза» А.Н. Островского (1945), «Горе от ума» А.С. Грибоедова (1958), «Женитьба» Н.В. Гоголя (1960), «Егор Булычев и другие» (1946) и «Враги» (1955) М.

Горького, «Отелло» (1938, 1947), «Король Лир» (1967) У. Шекспира. Ставятся произведения советских драматургов: «Платон Кречет» А.Е. Корнейчука (1937), «Извините, пожалуйста!» А.Е. Макаёнка (1954), «Честь семьи» Мухтарова (1954), «Портрет» А. Тажибаева (1961), «В день свадьбы» В.С. Розова (1966) и др.

В 1958 и 1969 труппа театра пополнилась актёрами — выпускниками бурятской студии при Ленинградском институте театра, музыки и кинематографии. Театр показывает спектакли для сельского зрителя, выезжает в бурятские округа Читинской и Иркутской областей, в промышленные центры Сибири (Братск, Ангарск, Тайшет и др.); успешно выступал в Улан-Баторе и аймаках МНР.

В Улан-Удэ работает Русский драматический театр, организованный на основе передвижной труппы под руководством режиссера Е.Н. Просветова. Значительный вклад в развитие драматического театра Бурятии внесли народные артисты РСФСР Ч.Г. Генинов, В.К. Халматов. Среди деятелей театрального искусства Бурятии (1970): народный артист СССРЦ. Цыдынжапов, народные артисты РСФСР Б.Н. Вампилов, Н.

Н. Гендунова, М.Н. Степанова, заслуженные артисты РСФСР П.Н. Николаев,Ф. Лосев, С.Д. Будажапов, И.Е. Миронов, Ю.П. Шангина, заслуженные деятели искусств РСФСР Н.Г. Балдано, Ц.Г. Шагжин, народный артист Бурятской АССР Д.Д. Дондуков, заслуженный деятель искусств Бурятской АССР Б.Г. Аюшин, Ф.С. Сахиров (главный режиссёр Бурятского театра), народный художник Бурятской АССР Б.Б. Чернутов.

Широко известны имена бурятских мастеров сцены: народных артистов Лхасарана Линховоина, Ларисы Сахьяновой, Дугаржапа Дашиева, Кима Базарсадаева, Галины Шойдагбаевой.

Спектакли театра оперы и балета видели жители многих регионов России, неоднократно и с большим успехом гастролировал коллектив театра и по странам ближнего и дальнего зарубежья.

Отдельные творческие группы и исполнители академического театра оперы и балета много раз гастролировали в Монголии и Китае, Японии и Корее, США и Германии, Великобритании и Австрии, Италии и Греции, Испании и Португалии. На сцене Бурятского оперного демонстрировали свое искусство артисты из Китая, Кореи, Монголии, Польши и других стран.

Есть в республике и театры авангардистского направления — это Улан-Удэнский молодежный театр-студия на ул. Димитрова и театр-студия современной пластики и пантомимы»АзАрт».

Ссылки

Источник: http://irkipedia.ru/content/buryatiya_iskusstvo

Biz-books
Добавить комментарий